Чем мы можем Вам помочь?

Задать вопрос юристу


Условия гражданско-правовой ответственности

2018-07-29

Понятие и состав гражданского правонарушения

Обстоятельства, при которых наступает гражданско-правовая от- ветственность, называются ее основаниями. Таким основанием прежде всего является совершение правонарушения, предусмотренного зако- ном или договором, например неисполнение или ненадлежащее ис- полнение лицом возникших для него из договора обязанностей либо причинение какому-либо лицу имущественного вреда. В гражданском праве ответственность в некоторых случаях может наступать и при от- сутствии правонарушения со стороны лица, на которое она возлага- ется, в частности, за действия третьих лиц (такова, например, в соот- ветствии со ст. 363 ГК ответственность поручителя за нарушение обязанным лицом обеспеченного поручительством договора). Поэтому в качестве оснований гражданско-правовой ответственности следует рассматривать не только правонарушения, но и иные обстоятельства, прямо предусмотренные законом или договором.
 
Однако и при наступлении одного из названных оснований от- ветственность не всегда подлежит применению к конкретному ли- цу. Для этого необходимо установить наличие определенных обстоя- тельств (условий), являющихся общими, типичными для гражданских правонарушений. К числу таких общих условий гражданско-правовой ответственности относятся:
  1. противоправный характер поведения (действий или бездействия) лица, на которое предполагается возложить ответственность (либо наступление иных, специально предусмотренных законом или до- говором обстоятельств);
  2. наличие у потерпевшего лица вреда или убытков;
  3. причинная связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями;
  4. вина правонарушителя.
, из которого закон устанавливает некоторые исключения. Речь идет о таких прямо преду- смотренных им ситуациях, в которых для возложения ответственности достаточно лишь некоторых из названных условий, например, не име- ет гражданско-правового значения наличие или отсутствие убытков либо вины в действиях причинителя.по общему правилуВместе с тем необходимо иметь в виду, что в гражданском праве на- личие состава правонарушения требуется для привлечения к имуще- ственной ответственности

гражданского правонару- шения. Отсутствие хотя бы одного из указанных условий ответственности, как правило, исключает ее применение. Установление данных условий осуществляется именно в указанной очередности, поскольку отсутствие одного из предыдущих условий лишает смысла установле- ние других (последующих) условий.составом Совокупность перечисленных условий, по общему правилу не- обходимых для возложения гражданско-правовой ответственности на конкретное лицо, называется
 

Противоправность как условие гражданско-правовой ответственности

Противоправность поведения привлекаемого к гражданско-правовой ответственности лица – обязательное условие для ее применения. Правомерные действия участников гражданских правоотноше- ний не могут влечь имущественную ответственность, за исключени- ем немногочисленных, прямо предусмотренных законом случаев (п. 3 ст. 1064 ГК). Например, вред, причиненный в состоянии крайней не- обходимости, т.е. в результате правомерных действий, подлежит воз- мещению его причинителем в соответствии с ч. 1 ст. 1067 ГК. Проти- воправным поведением в конкретных ситуациях может являться как действие, так и бездействие лица (при неисполнении прямо преду- смотренной законом или договором обязанности совершить опреде- ленные действия).
 
Противоправным в строгом смысле слова признается поведение, нарушающее предписания правовых норм. Но не всякое отступление от норм гражданского права противоправно. Оно становится таковым лишь при нарушении прямых запретов или императивных правил зако- на. В гражданском праве имеется большое число диспозитивных норм, допускающих определение прав и обязанностей участников имущест- венного оборота по их выбору, обычно в результате соглашения (до- говора) сторон. Тем самым закон не только разрешает известное от- ступление от предусмотренных им правил, но и придает обязательное значение согласованным участниками условиям договоров. Следова- тельно, противоправным считается и нарушение не противоречащих законодательным запретам договорных условий.

Более того, гражданские права и обязанности, как известно, могут возникать из таких действий (сделок) участников оборота, которые не предусмотрены и не урегулированы прямо ни законом, ни иными правовыми актами, но соответствуют общим началам и смыслу граж- данского законодательства, в частности из договоров, хотя и не пре- дусмотренных законом, но и не противоречащих ему (п. 1 ст. 8 ГК). В условиях быстрого развития современного имущественного оборо- та появление такого рода отношений не может быть лишь редким исключением.

Поэтому противоправным в гражданском праве считается такое по- ведение, которое нарушает императивные нормы права либо санкцио- нированные законом условия договоров, в том числе и прямо не преду- смотренные правом, но не противоречащие общим началам и смыслу гражданского законодательства.

Законом о защите прав потребителей в ст. 12 установлена ответст- венность услугодателей перед гражданами за невыполнение или не- надлежащее выполнение информационных и других обязанностей по надлежащему обслуживанию граждан, возникающих на стороне 
услугодателей еще до заключения конкретных договоров с граждана- ми-потребителями. Аналогичная ответственность за «необоснованное уклонение от заключения договора», т.е. «преддоговорная ответствен- ность», известна теперь и общему гражданскому законодательству (п. 2 ст. 507 ГК)1. По существу речь при этом идет о нарушении принципа добросовестности при осуществлении гражданских прав и исполне- нии гражданско-правовых обязанностей.
Случаем ответственности за нарушение общих принципов граж- данского права является ответственность за злоупотребление правом (п. 1 и 2 ст. 10 ГК). Таким образом, противоправными следует считать и случаи нарушения участниками гражданско-правовых отношений требований общих принципов гражданского права.

С другой стороны, отсутствие в законодательстве или в услови- ях конкретных договоров указаний на неблагоприятные последствия противоправного поведения, в частности на последствия нарушения отдельных условий договора, обычно исключает и гражданско-пра- вовую ответственность за него (если, разумеется, не учитывать общей обязанности по возмещению причиненных таким поведением убыт- ков, реализовать которую, однако, можно, лишь доказав их наличие и размер). Поэтому участники договорных отношений обычно долж- ны сами заранее позаботиться о последствиях возможных правонару- шений со стороны их контрагентов.

 

Вред (убытки) как условиегражданско-правовой ответственности

В тех случаях, когда результатом противоправного поведения ста- новится причинение потерпевшему лицу имущественного вреда, или убытков, наличие их – необходимое условие возложения имуществен- ной ответственности на причинителя.

Под вредом в гражданском праве понимается всякое умаление лич- ного или имущественного блага. С этой точки зрения различается мо- ральный и материальный вред.
Материальный вред представляет собой имущественные потери – уменьшение стоимости поврежденной вещи, уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов и т.п. Он может быть возмещен в натуре (например, путем ремонта поврежденной вещи или предос- тавлением взамен вещи того же рода и качества) либо компенсирован в деньгах. Однако натуральная компенсация, предпочтительная с по- зиций закона (ст. 1082 ГК), не всегда возможна по обстоятельствам конкретного дела. Поэтому чаще используется денежная компенсация причиненного вреда, которая именуется возмещением убытков.

Возмещение убытков – установленная законом мера гражданско- правовой ответственности, применяемая как в договорных, так и во внедоговорных отношениях. Под убытками в гражданском праве по- нимается денежная оценка имущественных потерь (вреда). Они скла- дываются:

  • во-первых, из расходов, которые потерпевшее лицо либо произве- ло, либо должно будет произвести для устранения последствий пра- вонарушения;
  • во-вторых, в состав убытков включается стоимость утраченного или
поврежденного имущества потерпевшего;
  • в-третьих, сюда входят не полученные потерпевшей стороной дохо- ды, которые она могла бы получить при отсутствии правонаруше- ния (п. 2 ст. 15 ГК).
Расходы потерпевшего и повреждение его имущества охватывают- ся понятием реального ущерба, т.е. наличных убытков. К таким расхо- дам, в частности, относятся: стоимость ремонта поврежденных вещей; суммы санкций, подлежащих уплате третьим лицам по вине своего контрагента, нарушившего договорные обязательства; стоимость не- обходимых и разумных расходов по выполнению обязательства за счет должника-нарушителя иным лицом или самим потерпевшим (ст. 397 ГК), в том числе приобретение покупателем товара вследствие нару- шения обязательств продавцом у иного продавца по более высокой, но разумной цене (п. 1 ст. 524 ГК) и т.п.

Не полученные потерпевшим доходы составляют его упущенную вы- году. Размер ее в соответствии с законом должен определяться «обыч- ными условиями гражданского оборота» (а не теоретически возмож- ными особо благоприятными ситуациями) и реально предпринятыми мерами или приготовлениями для ее получения (п. 4 ст. 393 ГК), на
пример, при неполучении предпринимателем прибыли из-за ставшего невозможным вследствие правонарушения выполнения заключенных им договоров. Если же правонарушитель получил доходы вследствие своего правонарушения (например, в нарушение заключенного ранее договора продал товар другому покупателю по большей цене), размер упущенной выгоды, подлежащей взысканию в пользу потерпевшего в качестве части понесенных им убытков, не может быть меньшим, чем такие доходы (абз. 2 п. 2 ст. 15 ГК).

Гражданский закон исходит из принципа полноты возмещения убыт- ков (п. 1 ст. 15, п. 1 ст. 1064 ГК) и допускает ограничение имуществен- ной ответственности лишь в исключительных, прямо предусмотрен- ных федеральным законом (но не подзаконным актом) либо договором случаях (ст. 400 ГК). В условиях инфляции цены, с учетом которых ис- числяется размер убытков, могут колебаться. Поэтому размер убытков должен исчисляться с учетом цен, существовавших на момент испол- нения обязанности, а при ее неисполнении – на момент предъявле- ния иска, если только закон, иной правовой акт или соглашение самих участников не предусмотрели иное (п. 3 ст. 393 ГК), например, расче- ты по ценам, существовавшим в момент заключения договора.

К сожалению, в судебной практике убытки применяются крайне редко (не более чем в 4–5% исков) из-за сложности доказывания их точного размера. В связи с этим предлагается ввести в ГК правила, позволяющие определять размер убытков «с разумной степенью дос- товерности», а в необходимых случаях – по усмотрению суда; в дого- ворных отношениях предлагается также допустить взыскание так на- зываемых «абстрактных убытков» в виде разницы между ценой товара, предусмотренной нарушенным договором, и текущей (рыночной) це- ной, по которой можно приобрести аналогичный товар2.

Гражданско-правовая ответственность за нарушение договорных обязанностей иногда может наступать и независимо от наличия вреда (или убытков). Так, просрочка в передаче товара по договору может повлечь применение предусмотренного им штрафа независимо от то- го, появились ли в результате убытки у приобретателя товара или нет.


Однако такие случаи являются исключительными, ибо компенсатор- ная направленность и имущественный характер ответственности в гра- жданском праве предполагают ее применение главным образом в слу- чаях возникновения имущественного вреда (убытков).

Моральный вред представляет собой физические или нравственные страдания гражданина, вызванные нарушением его личных неиму- щественных прав или умалением иных его личных (нематериальных) благ – посягательствами на его честь и достоинство, неприкосновен- ность личности, здоровье и т.д. Моральный вред может влечь имуще- ственные потери (т.е. быть источником материального вреда), напри- мер, причинение увечья может препятствовать дальнейшей трудовой или предпринимательской деятельности. В этом случае он возмеща- ется с помощью компенсации имущественного вреда (убытков).

Однако он может и не причинять прямых материальных потерь, не становясь от этого менее ощутимым для потерпевшего (напри- мер, при умалении его чести, причинении вреда здоровью, неизгла- димом обезображении лица, незаконном применении меры пресе- чения и др.). Такой вред сам по себе не может быть компенсирован гражданско-правовыми (имущественными) способами, ибо не под- дается точной материальной оценке. Однако в случаях, прямо пре- дусмотренных законом, он может быть возмещен в приблизительно определенной или символической денежной сумме с учетом требова- ний разумности и справедливости, а также индивидуальных особен- ностей потерпевшего и других фактических обстоятельств (ст. 151, 1101, п. 1 ст. 1251 ГК).

Причинная связь как условие гражданско-правовой ответственности

Для возложения ответственности в форме взыскания убытков или возмещения вреда во всех без исключения случаях необходимо нали- чие причинной связи между действиями правонарушителя и возник- шим вредом (убытками). Не случайно закон говорит о «причиненных» убытках (п. 1 ст. 15, п. 1 ст. 393, п. 1 ст. 1064 ГК).

Причинная связь во многих ситуациях очевидна, например, про- срочка перевозки скоропортящегося груза неизбежно ведет к его пор- че и возникновению убытков у владельца, причиненных ему пере- возчиком. Однако в ряде случаев обосновать эту связь непросто. Например, злоумышленник, пользуясь отсутствием должной охраны, вскрыл один из стоявших на железнодорожных путях рефрижера
торных вагонов с мясопродукцией и похитил из него некоторое ко- личество мяса. В результате его действий был испорчен оставшийся в вагоне груз, задержано дальнейшее движение состава, получате- ли груза, находившегося в других вагонах, не смогли вовремя пере- дать его своим контрагентам (розничным торговым организациям), а те, в свою очередь, реализовать его. Впоследствии злоумышленник был задержан и возник вопрос о том, какой объем убытков причи- нен его действиями. Суд учел бездействие перевозчика, не приняв- шего необходимых мер по охране груза, и обоснованно решил, что имущественная ответственность «причинителя» должна ограничи- ваться размером похищенного и стоимостью ремонта запорного уст- ройства вагона.
Иногда в такого рода ситуациях говорят о «прямых» и «косвенных причинных связях» (и соответственно о «прямых» и «косвенных убыт- ках»)1. «Косвенные причинные связи» по смыслу такого подхода пред- полагается не считать юридически значимыми и не учитывать в каче- стве условий ответственности. Но тогда их нельзя считать и подлинны- ми причинными связями, не говоря уже о трудностях разграничения однородных связей на «прямые» и «косвенные».

Проблема причинных связей должна разрешаться на методоло- гической базе общефилософского подхода к причинности и с учетом особенностей таких связей в правовой сфере. Прежде всего речь идет о том, что все явления природы и общественной жизни так или ина- че взаимосвязаны и взаимозависимы. Однако эти взаимосвязи весьма разнообразны: в пространстве, во времени, как форма и содержание, как условие и обусловленное, как причина и следствие и т.д. С этой точки зрения причинно-следственная связь – лишь одна из разновид- ностей взаимосвязи явлений.
Различные явления могут быть связаны друг с другом не только как причина и следствие, а потому имеется опасность рассмотрения в качестве причинно-следственных иных взаимосвязей, в действи
тельности не являющихся таковыми. В частности, причинно-след- ственную связь нередко смешивают со взаимосвязью условия и обу- словленного. Так, грузовой автомобиль при развороте задел женщину, которая была госпитализирована с травмой бедра, а спустя некото- рое время была признана инвалидом, но в связи с другим, скрытым ранее заболеванием, обострившимся в результате полученной трав- мы. Последняя, безусловно, была следствием наезда, но сама стала лишь условием, а не причиной потери трудоспособности у потерпев- шей. Поэтому имущественная ответственность владельца автомоби- ля здесь не наступила.

Причинная связь всегда объективна – это реально существующая взаимосвязь явлений, а не субъективное представление о ней. Поэто- му она должна быть подтверждена реально, а не основываться лишь на предположениях или догадках. Необоснованно поэтому иногда встре- чавшееся в теоретической литературе деление причинных связей на
«необходимые» и «случайные». Объективность причинной связи вы- ражается в том, что данная причина в аналогичных условиях всегда порождает данное следствие и в этом смысле не зависит от каких-ли- бо «случайностей».

Наконец, причинная связь всегда конкретна и является таковой только в реальной ситуации, ибо в ином случае данное следствие мо- жет стать причиной, а соответствующая взаимосвязь может иметь со- всем другое значение. Ведь одно и то же следствие может порождать- ся несколькими различными причинами, а одна и та же причина мо- жет породить несколько разных последствий. В отдельной реальной ситуации всегда необходимо и возможно выявить конкретную при- чину и конкретное следствие, имеющие такое значение именно для данного случая.

Таким образом, взаимосвязь причины и следствия – объективно су- ществующая разновидность взаимосвязи явлений, которая характеризу- ется тем, что в конкретной ситуации из двух взаимосвязанных явлений одно (причина) всегда предшествует другому и порождает его, а другое (следствие) всегда является результатом действия первого.

Правовая сфера касается причинных связей в общественных от- ношениях, имеющих свои особенности по сравнению с природны- ми, естественными связями. Здесь причинные связи обычно не сво- дятся к механическим или физическим воздействиям одного явления на другое (хотя природные взаимосвязи явлений и здесь в ряде случа- ев играют важную роль). В качестве причины в общественных отно- шениях обычно выступает деятельность людей, их конкретное пове
дение, в свою очередь обусловленное множеством социальных и природных причин.

В частности, причиной появления вреда может стать бездействие обязанного лица, хотя в естественно-физическом смысле бездейст- вие не может вызвать никакого результата. С другой стороны, здесь появляется возможность использования для причинения вреда есте- ственной (природной) причинной связи явлений, например, при на- меренном создании вредоносной, в частности пожароопасной или взрывоопасной, ситуации. Разумеется, социальной причиной воз- никших в результате убытков и условием возложения ответствен- ности за наступивший вред будет считаться не вредоносное дейст- вие природных сил, а поведение использовавшего их в своих целях конкретного лица.

Наконец, в социальных явлениях причины конкретного, в том числе неблагоприятного, результата нередко «переплетаются» и взаимодействуют, как будто бы «поглощая» одна другую. Например, из- готовитель недоброкачественного товара ссылается на недостатки полученного им сырья или ухудшение товара в результате его дли- тельной перевозки либо неправильного хранения и т.д. Такие причи- ны не могут быть приняты во внимание применительно к убыткам, возникшим в результате их действия у конечного потребителя. Если контрагент по договору был в состоянии предотвратить изготовле- ние и передачу недоброкачественного товара потребителю и не сде- лал этого, его поведение, безусловно, и должно считаться причиной нарушения договорных обязательств. В свою очередь он вправе в рег- рессном порядке обратиться к своим контрагентам, например изгото- вителям недоброкачественного сырья, с требованием о возмещении ему соответствующей части убытков (ибо в определенной части они стали следствием и его ненадлежащего поведения). Таким образом, «цепочка» названных причин становится условием появления соот- ветствующей «цепочки» в применении мер гражданско-правовой ответственности, а не основанием для освобождения от нее.

Вина как условие гражданско-правовой ответственности

Вина является субъективным условием юридической ответствен- ности, выражающим отношение правонарушителя к собственному неправомерному поведению и его последствиям. Обычно она рас- сматривается как субъективное психическое отношение лица к своему противоправному поведению и его последствиям, связанное с предвидением неблагоприятных результатов своего поведения и осознанием возможности их предотвращения. С этой точки зрения не могут считаться виновными действия душевнобольного или малолетнего гра- жданина, которые в большинстве случаев не в состоянии правильно оценивать свое поведение и его последствия.

Такой подход традиционен и вполне обоснован для уголовного права и ряда других правовых отраслей, устанавливающих юриди- ческую ответственность за неправомерное поведение людей. На нем основано выделение различных форм вины, от которых, как прави- ло, зависит и содержание применяемых мер ответственности. Пре- жде всего речь идет о различии умысла и неосторожности (ср. п. 1 ст. 401 ГК и ст. 25 и 26 УК). Правонарушение признается совершен- ным умышленно, если нарушитель сознавал неправомерность своего поведения, предвидел его неблагоприятные последствия и желал или сознательно допускал их наступление. Правонарушение признается совершенным по неосторожности, если нарушитель хотя и не пред- видел, но по обстоятельствам дела мог и должен был предвидеть на- ступление неблагоприятных последствий своего поведения, либо хотя и предвидел их, но легкомысленно рассчитывал на их предотвращение.

Однако в гражданском праве вина как условие ответственности имеет весьма значительную специфику. Она вызвана особенностями регулируемых гражданским правом отношений, в большинстве слу- чаев имеющих товарно-денежный характер, и обусловленным этим главенством компенсаторно-восстановительной функции граждан- ско-правовой ответственности. Ведь для компенсации убытков, по- несенных участниками имущественного оборота, субъективное отношение их причинителя к своему поведению, как правило, не имеет существенного значения. Именно поэтому в гражданском праве раз- личие форм вины редко имеет юридическое значение, ибо для насту- пления ответственности в подавляющем большинстве случаев доста- точно наличия любой формы вины правонарушителя. Более того, по 
этим же причинам в целом ряде случаев вина вообще не становится необходимым условием имущественной ответственности, которая мо- жет применяться и при отсутствии вины участника гражданских пра- воотношений, в том числе за вину иных (третьих) лиц.

Следует, наконец, учесть и то обстоятельство, что участниками гра- жданских правоотношений являются не только граждане, но и юри- дические лица и публично-правовые образования. Говорить об их «субъективном, психическом отношении к своему поведению и его последствиям» здесь можно лишь весьма условно. Конечно, вина юри- дического лица может проявляться в форме вины его участников (на- пример, полных товарищей), органов (руководителей) и других долж- ностных лиц, а также его работников, выполняющих свои трудовые или служебные функции, поскольку именно через их действия юри- дическое лицо участвует в гражданских правоотношениях. Поэтому закон и возлагает на него ответственность за действия указанных фи- зических лиц (ст. 402 и 1068 ГК). Обычно это имеет место в деликт- ных (внедоговорных) обязательствах, возникающих при причинении имущественного вреда.

Однако в большинстве случаев, прежде всего в договорных отношениях, невозможно, да и не нужно устанавливать вину конкретного должностного лица или работника юридического лица в ненадлежа- щем исполнении обязательства, возложенного на организацию в це- лом. Гражданско-правовое значение в таких ситуациях приобретает сам факт правонарушения со стороны юридического лица (напри- мер, отгрузка недоброкачественных товаров или просрочка в возвра- те банковского кредита), которого вполне можно было бы избежать при проявлении обычной заботливости или осмотрительности.

В связи с этим гражданское законодательство в принципе отказа- лось от традиционного для уголовно-правовой сферы подхода к по- ниманию вины. В соответствии с абз. 2 п. 1 ст. 401 ГК виной в граж- данском праве следует признавать непринятие правонарушителем всех возможных мер по предотвращению неблагоприятных последствий сво- его поведения, необходимых при той степени заботливости и осмотри- тельности, которая требовалась от него по характеру лежащих на нем обязанностей и конкретным условиям оборота

Таким образом, вина в гражданском праве по общему правилу рас- сматривается не как субъективное, психическое отношение лица к сво- ему поведению, а как непринятие им объективно возможных мер по уст- ранению или недопущению отрицательных результатов своих дейст- вий, диктуемых обстоятельствами конкретной ситуации.

 Иначе говоря, здесь вина переводится из области трудно доказуе- мых субъективных психических ощущений конкретного человека в об- ласть объективно возможного поведения участников имущественных отношений, где их реальное поведение сопоставляется с определен- ным масштабом должного поведения. При этом речь не идет о неко- ем абстрактно понимаемом «заботливом хозяине» или «добросовест- ном коммерсанте», с теоретически мыслимым поведением которого сопоставляется поведение конкретного лица в конкретной ситуации (как это требуется в некоторых европейских правопорядках). По смыс- лу нашего закона поведение конкретного лица должно сопоставлять- ся с реальными обстоятельствами дела, в том числе с характером ле- жащих на нем обязанностей и условиями оборота и с вытекающими из них требованиями заботливости и осмотрительности, которые во всяком случае должен проявлять любой разумный и добросовестный участник оборота (а таковым в силу п. 3 ст. 10 ГК предполагается вся- кий участник гражданских правоотношений).

В гражданском праве установлена презумпция вины правонаруши- теля (причинителя вреда), ибо именно он должен доказать отсутст- вие своей вины в правонарушении (п. 2 ст. 401, п. 2 ст. 1064 ГК), т.е. принятие всех указанных выше мер по его предотвращению. Приме- нение этой презумпции (предположения) возлагает бремя доказыва- ния иного положения на указанного законом участника правоотно- шения. Поскольку нарушитель предполагается виновным, потерпев- ший от правонарушения не обязан доказывать вину нарушителя, а последний для освобождения от ответственности должен сам дока- зать ее отсутствие.

Так, в одном из судебно-арбитражных дел организация – перевозчик груза, загоревшегося в пути от неустановленных причин, ссы- лалась на это обстоятельство как на отсутствие своей вины. Однако оно само по себе не исключало вины перевозчика в виде непринятия им всех мер заботливости и осмотрительности, обусловленных лег- ко воспламеняющимся по характеру грузом, и не опровергало закон- ной презумпции его вины, а потому на перевозчика как на виновное лицо была возложена ответственность за утрату и порчу перевозимо- го им груза.
Из этого следует, что в гражданских правоотношениях, строго го- воря, имеет значение не вина как условие ответственности, а доказы- ваемое правонарушителем отсутствие вины как основание его освобож- дения от ответственности, что прямо вытекает из предписаний дейст- вующего закона (абз. 2 п. 1 ст. 401 и п. 2 ст. 1064 ГК).


назад



Закажите услугу у юриста

Ваши обращения конфиденциальны




Образцы заявлений

Законодательство